Грязелечение в Крыму развивалось в разных частях полуострова, так что каждая грязелечебница имеет свою историю. Рассмотрим историю грязелечения в Крыму на примере Мойнакского и Сакского озер - наиболее известных центров грязелечения на полуострове.

История грязелечения на Мойнаках - это история рекреационного освоения Крыма. Расположенное неподалеку от Евпатории, озеро стало одним из наиболее притягательных мест для многих больных российской СКС на долгие времена. В поздний советский период грязелечебница в Мойнаках отпускала до 2,5 миллионов процедур в год. Естественно, столь репрезентативная статистическая выборка приводила к тому, что кто-то, да и вылечивался. Все успехи относились на счет целебных свойств грязей. Так мойнакские грязи и потребность российской СКС в освоении Крыма стали основой освоения западного побережья полуострова.

Реальному грязелечению предшествовала длительная эпоха циркуляции легенд относительно целебности крымских грязей и южных соленых вод. Сложно сказать, откуда появлялись эти легенды, но характерно, что истоки их относят еще к XV – XVI векам. Сказка о чудесах “неведомой земли” появляется задолго до начала активного проникновения населения российской СКС на юг. Легендарная “целебно-грязевая” информация распространялась только в пределах русских и украинских земель того времени. Суть чудесных историй сводилась к тому, что, умывшись целебной водой, старый человек становился молодым, больной – здоровым, и так далее. Приводились и экстремальные примеры исцеления – вплоть до воскрешения из мертвых. Никто не располагал определенными данными, но легенды были очень устойчивыми. Забавно, что в них были задействованы не только люди, но и животные. Так, существует легенда о старом верблюде, который омолодился – до такой степени, что его не узнал даже собственный хозяин – в результате долгого стояния в целебной грязи. Историй подобного рода немало.

Развал СССР, помимо всего прочего, знаменовался вспышкой народного (само-)лечения. Откуда ни возьмись, появилась масса людей, которые лечили все болезни посредством очень простых методов. Многие из этих кудесников продолжают работать и в 1998 году. Вот пример, как легко и просто народ верит в чудеса в любые времена. Ни высокий образовательный уровень советского населения, ни наличие массы медицинских учреждений нисколько не повлияли на веру в возможность моментального исцеления всех своих существующих и вымышленных болезней.

Например, П.В. Сумароков в “Досугах крымского судьи”, изданных в 1803 году и описывающих его путешествия 1799-1801 годов, упоминает и озеро Сак, однозначно говоря о его способности исцелять болезни: “обитающие в здешних местах крымцы стекались издавна толпами к сему спасительному месту и возвраща(лись) здравыми в домы свои”. П.В. Сумароков не ограничился абстрактными свидетельствами, но и сам принял грязевую ванну, что также подробно описал. Сложно сказать, от чего лечился и в какой мере вылечился автор, но его слово, будучи напечатанным во многих экземплярах, разнесло славу озера по всей России.

Название самого целебного крымского озера, Мойнаки, происходит от одноименного тюркского племени, обитавшего в регионе в XIV веке. Само соленое озеро долгое время не использовалось людьми, только пастбища возле него - и другого хозяйственного использования этим местам не было. Местность получила название “Отар Мойнак” (“Мойнак” - в переводе “звезда”).

После присоединения Крыма к России ставится вопрос о его освоении, идет интенсивный поиск любых “зацепок”, какие только можно использовать, и вот в это время появляется “чудо-озеро” Мойнаки. Складывается легенда относительно чудодейственных свойств озера.

Сообщения П.В. Сумарокова - типичная социо-культурная сказка, местный аналог истории об Эльдорадо. В свое время в каждом районе появляется свое Эльдорадо, и в каждом случае в него охотно верят до тех пор, пока сохраняется социо-культурное обоснование такой веры. Писать про сказочные сокровища в начале XIX века было уже неудобно, поэтому стали писать про чудесные исцеления.

Все это вовсе не означает, что Сумароков был лгуном: он лишь пересказал то, что говорили другие. Но “толпы крымцев” не могли стекаться к данному озеру в поисках исцеления, а затем “толпами расходиться здравыми”. Нет ни одного исторического свидетельства, что крымские татары или иные обитали Крыма до 1780-х годов сколько-нибудь систематически пользовались лечебными грязями. Такого рода информация могла быть связана только с древними греками и римлянами, но их рекреационная деятельность не имела связи с лечением в соленых озерах Крыма.

Изначально научные и медицинские наблюдения над воздействием грязей и соленых вод лиманов и озер на здоровье людей были очень тенденциозными. Вопрос о том, насколько они действительно полезны, никогда не стоял - существовала некая изначальная уверенность в этом факте. Сразу и безоговорочно было принято, что грязь, рапа, соленые воды исключительно целебны, и дело лишь в определении степени целебности. Некоторую проблему составляло повышение целебности указанных субстратов, поскольку нужно было сделать их еще более полезными. Для решения проблемы и была призвана на помощь наука.

Скорее всего, любое выступление против универсальной целебности грязелечения или сомнение в его эффективности было бы проигнорировано. Это касается как Российской империи, так и СССР. Любые “диссидентские выпады” были бы просто замолчаны. Нам не удалось найти публикаций, в которых бы говорилось о неоднозначности грязелечения. Вероятно, для этого нужно смотреть специальные медицинские издания. Широким слоям общественности предлагались только оптимистически конструктивные работы. Чтобы найти их, достаточно посетить самую скромную крымскую библиотеку. На полках - множество работ, живописующих целебные качества крымской грязи. После знакомства с ними невольно возникает желание бросить все дела и немедленно отправиться на Мойнаки лечиться от чего угодно, чтобы сразу решить свои проблемы со здоровьем.

В России изначально складывается представление об уникальности крымского грязелечебного района. Крымская грязь – лучшая в мире. Например, известный климатолог А.И. Войеков говорил в 1915 году: “Грязелечение есть во многих странах, но такого разнообразия и хорошего качества грязей и теплого сухого лета нет нигде в Европе, кроме России; поэтому относительно грязелечения наше Отечество будет в благоприятном положении, раз только лечебные заведения будут хорошо устроены” (цит. по: Груббе В.В. Экскурсия в Мойнаки. Путеводитель. - Симферополь: Таврия, 1989. - с. 19).

Действительно, грязелечение развивалось в разных странах Европы, но нигде ставки на него не были столь высоки. Объяснить это можно не только тем, что западная грязь не так целебна, как крымская, но и особенностями освоения территорий. Последнее, скорее, более корректно.

Например, в китайской социо-культурной системе, имеющей очень давнюю историю развития, нет и малейшего намека на использование грязей и морских купаний в лечебных целях. Лечение от всевозможных болезней и, в особенности, профилактическое лечение занимает важное место в повседневной культуре китайцев. Этот элемент культуры четко прослеживается с самых древних времен. Профилактическое лечение, предупреждение болезней – идея, проводимая в Китае повсеместно и постоянно. Хороший китаец – это здоровый китаец, и устойчиво высокие показатели продолжительности жизни в Китае - свидетельство того, что профилактическая деятельность здесь весьма эффективна.

Между тем, нет и малейшего намека на использования морских купаний и грязей для лечения. Можно было бы допустить отсутствие лечебных грязей в Китае, но это весьма сомнительно для столь обширной территории со столь разнообразными условиями. В отношении морских купаний ничего подобного и предположить-то нельзя: береговая линия Китая огромна и была таковой почти всегда. Однако культура морских купаний в Китае отсутствует.

Гонконг – другой китайский город-государство – предельно перенаселенное место. Кто пробыл в нем хотя бы пару дней, хорошо понимает, что такое стрессы городской жизни. Климат его как нельзя благоприятствует чуть ли не круглогодичному отдыху на море. Пляжи в Гонконге есть (под них отведены целые острова, несколько удаленные от главного острова, в частности, остров Чен-Чан), но… на пляжах жители Гонконга практически не загорают и не купаются. Они прогуливаются вдоль моря, сидят на берегу. Изредка только дети плещутся в воде, которая необыкновенно чиста и прозрачна в любое время и даже на весьма переполненных пляжах.

Почти противоположный пример дает государство Израиль, имеющее колоссальные геополитические проблемы. В целях самосохранения Израиль должен поддерживать тесные связи с западной СКС и систематически получать от нее громадные инвестиции - и он имеет их как стабильный оппонент мусульманской СКС. Но нужен и приток людей, а для этого усиленно развивается иностранный туризм. Израильские специалисты по организации рекреации четко и открыто говорят о том, что иностранный туризм в этом государстве играет важную геополитическую роль. Он не решает задач получения прибыли - дело исключительно в геополитике. Авиакомпания “Эль Аль” дает рекордно низкие цены на авиаперелеты, но с одним условием: обязательная остановка на несколько дней в Израиле. “Эль Аль” даже субсидирует проживание и питание в Израиле транзитных пассажиров. Словом, делается все, чтобы увеличить количество единовременно пребывающего на территории Израиля неарабского населения.

Интенсивно развивается и лечебная рекреация на целебном Мертвом море. Что может быть целебнее воды с соленостью в 300 и более промилле? – Вероятно, только еще более соленая вода… Мертвое море фигурирует во множестве туристических буклетов. Задача – все в том же привлечении туристов и обороте неарабского населения, что жизненно необходимо для сохранения государства Израиль и поддержания достигнутого уровня и типа освоенности его территории.

До начала XIX века изучение озер ограничивалось отдельными наблюдениями, впрочем, всегда дававшими необычные результаты. Характерно устойчивое существование глубокого убеждения в том, что озеро Мойнаки творит почти библейские чудеса…

Вероятно, первые систематические медицинские наблюдения над воздействием минеральных грязей на здоровье больного человека принадлежат выпускнику Харьковского университета лейб-медику Н.А. Оже. В 1827 году он получил назначение на должность уездного врача в Евпаторию. Врач Оже первым начал систематически наблюдать воздействие грязей на организмы больных. Наблюдения велись на Сакском озере, а результаты были опубликованы 16 лет спустя.

• попытки увеличения лечебного сезона с самого начала освоения данного района Крыма. Вероятно, находиться в холодной грязи было совсем уж невыносимо, и даже ее чудодейственность не привлекала население;
• после того, как попытки искусственного нагревания грязи оказались дорогостоящими, “научные исследования” доказали, что целебность ее в таком варианте деградирует.

В 1833 году И.О. Вицман, член-корреспондент Императорской академии наук, опубликовал книгу о пользе морских иловых и лиманных ванн. Речь в ней шла, в основном, о лиманах Одессы, но выводы исследования в равной мере распространялись на все аналогичные места недавно присоединенного к России юга, в том числе и на Крым. Все эти территории нуждались в освоении, и во многих случаях ничего, кроме страшно соленых озер и грязи, на них не было. Нужно было развивать рекреацию.

Инициатива бальнеологических исследований, вообще, исходила со стороны одесских специалистов. В целом, до окончания XIX века инициативы по освоению юга реализовывались в Одессе. Там основывались т.н. горные клубы, в частности, Крымско-кавказский горный клуб. Это правило тем более распространялось на исследование вод лиманов и грязей, которых – в отличие от гор – в районе Одессы было достаточное количество.

В 1837 году на берегу Сакского озера открыта первая здравница – отделение симферопольского военного госпиталя, где могло лечиться 87 человек. Наблюдал больных штаб-лекарь Канивецкий. Позднее здравница постоянно расширялась и в советский период стала санаторием Министерства обороны СССР.

В 1861 году опубликованы исследования врача Б.Ф. Вериго, посвященные целебным свойствам одесских лиманов и грязей. Ученые все лучше понимают, почему и каким образом лиманы и грязи оказываются полезными. Между тем, народная молва давно и прочно усвоила: нет такой болезни, которую нельзя было бы вылечить в чудо-озерах юга России. Ученые продолжают исследования, врачи начинают эксперименты с грязью и больными, но сам народ всегда шагает впереди науки и медицины.

В 1860-е годы впервые предпринята попытка, связанная с добычей поваренной соли из Мойнакского озера. В начале 1860-х годов купец И.М. Гелелович добывал на озере около 3000 пудов соли в год. Однако такое использование озера мало что давало для освоения края. Добыча соли не могла привлечь сюда значимого количества населения. Вероятно, именно по этой причине купец Гелелович имел массу проблем и, в конце концов, лишился своего промысла.

В 1862 году сделан первый анализ вод озера Мойнаки. Результат очевиден: вода необыкновенно целебна. Однако понадобилось долгое время, чтобы от деклараций перейти к конкретным действиям.

В 1874 году на небольшой площадке около соляного промысла в Сакском озере появилось “лечебное заведение по отпуску грязевых ванн”. Это было деревянное строение, разделенное на мужскую и дамскую половины. Заведение обслуживалось прислугой из трех человек и могло отпустить 30-40 грязевых ванн каждый рабочий день.

В 1880 году сделаны повторные анализы воды озера Мойнаки, после чего началась разработка проекта использования Мойнак в лечебных целях. Купец Гелелович объявлен “хищником природной кладовой”.

В 1884 году лечебное заведение, открытое в 1874 году, было закрыто по причине антисанитарии - во всяком случае, такова была официальная версия. Скорее же, дело в том, что в новых условиях грязелечение становилось прибыльным бизнесом и от прежнего владельца просто избавились.

В том же 1884 году участок земли около озера взял в аренду сроком на 30 лет архитектор и бизнесмен А.А. Бернардоцци. Начинается строительство каменной лечебницы, и грязелечение впервые ставится на поток. (Здание этой лечебницы использовалось в течение долгого времени и сохранилось до сих пор.)

Историческая дата – 25 мая 1887 года: новая лечебница на Мойнаках отпускает первую процедуру. В первый сезон было обслужено 311 клиентов. Среди лечившихся - жители Петербурга, Москвы, Киева, Харькова, Самарканда и Варшавы (Груббе В.В. Экскурсия в Мойнаки. Путеводитель. - Симферополь: Таврия, 1989. - с. 21). Основную массу пациентов составляли страдающие больными суставами.

К середине 1890-х годов Мойнакская грязелечебница отпускает уже около 8500 процедур за сезон. Для консультаций приглашаются профессора из Москвы. Так, в 1894 голу больных консультировал профессор Московской медицинской академии В.М. Тарновский.

В 1893 году деревянная перемычка разделила Сакское озеро. Меньшую часть отдали курорту, в остальной части озера продолжалась добыча соли. В 1920-х годах добыча соли была прекращена: рекреационная функция озера оказалась явно более значимой. В 1934 году был построен девятикилометровый канал, связавший озеро с морем, что было необходимо для обеспечения притока морской воды в озеро. В 1973 году промышленная, давно бездействующая часть Сакского озера также передана курорту.

В 1894 году в Мойнаках открывается гостиница на 44 номера с рестораном. Со строительством гостиницы связывались надежды на увеличение доходов. Курс лечения стоил 250 рублей, что составляло почти годовой оклад чиновника средней руки. В действительности, такие траты могли позволить себе только реально богатые люди. Гостиница не оправдала надежд и принесла своим хозяевам только убытки.

Для грязелечебных курортов в целом характерна следующая закономерность. Пионерное освоение их часто связано с элитарным и предельно дорогим сервисом. Однако постепенно происходит демократизация лечения и, соответственно, растет его массовость. В зависимости от особенностей территории, соотношение элитарности и массовости может быть различным. В случае в западным Крымом поворотным в его судьбе оказался 1917 год, после которого экономический аспект грязелечения стал сферой забот государства. До 1917 года скромные попытки отдельных предпринимателей получать прибыль от грязелечения были безуспешными.

3 февраля 1897 года высочайшим указом Николая II Мойнакское грязевое озеро было признано “имеющим общественное значение” и взято “под охрану от порчи и истощения”. Начинается государственно санкционированное использование озера и заодно - освоение западного Крыма. Власти проявили должное внимание к уникальным ресурсам полуострова.

Наука также не стояла на месте. Открыто явление радиоактивности, и в 1905 году выяснилось, что и мойнакская грязь радиоактивна. Естественно, исследования ученых показали, что малые дозы радиации удивительно полезны для больных (соответствующие исследования были проведены профессорами Новороссийского университета А.П. Соколовым и И.И. Боргманом).

О важности проблемы грязелечения в те времена свидетельствует, например, такой факт, что профессор В.А. Гемилиан даже оставил столичную кафедру и поселился на некоторое время в Евпатории для проведения регулярных исследований. Наиболее интенсивно исследования велись им с 1909 по 1914 годы. Вывод однозначен: грязь исключительно полезна.

В 1914 году в Саках началось лечение спинальных больных, инициатором чего был будущий советский академик Н.Н. Бурденко. Несколько позднее создается и специализированный санаторий для лечения спинальных больных емкостью 370 мест.

Говорить об эффективности лечения такого рода заболеваний сложно. Несомненно, что после принятия процедур наблюдается некоторое улучшение: 93 % больных выписываются с подобным заключением. Однако случаи исцеления не известны. Иногда говорят о возврате трудоспособности спинальных больных, но что под этим понимается, сказать сложно. Реальность же такова: один спинальный больной “завязывает” на себя немалое количество обслуживающего персонала, и это, вероятно, основное в лечении. В частности, санаторий имени Н.Н. Бурденко располагает 370 местами для больных, которых обслуживают 685 сотрудников санатория.

По мере роста курортов на западном побережье Крыма и увеличения пропускной способности, срок лечения неуклонно сокращался. То ли грязь становилась целебней, то ли методики врачей совершенней, но продолжительность лечения все снижалась и снижалась. Длительные курсы были категорически разоблачены в советское время, и объяснили это тем, что частные предприниматели ориентировались на сверхприбыли и поэтому искусственно удлиняли лечение. В реальности оно могло быть намного короче. Это открытие сделал профессор - а затем академик - Бурденко.

О.О. Мочутковский в 1883 году отмечал, что побережье в Евпатории застроено деревянными будками, которые сдаются курортникам за плату. Появились даже платные общественные купальни, в которые “морская вода подавалась нагретой” (Груббе В.В. Экскурсия в Мойнаки. Путеводитель. - Симферополь: Таврия, 1989. - с. 13). Секрет этого чуда был позднее утерян, и в СССР стали купаться в морской воде уже без ее подогрева.

Самолечение нельзя объяснить только экономическим фактором. Если до 1917 года грязелечение было реально дорого и на него не хватало денег у многих, то в советский период это проблем не составляло. Причина устойчивости самолечения, скорее, в том, что определенная часть людей нуждается не столько в лечении, сколько в чуде, а чудо - дело интимное.

Первоначально в крымских озерах лечили только взрослых, но вскоре объектом лечения стали и дети. Важный шаг в этом направлении был сделан в 1903 году, когда врач военно-санаторной станции Н.И. Калачев порекомендовал накладывать детям на шею грязевой воротник. Результаты превзошли все ожидания: дети, страдавшие ангинами, воспалениями среднего уха и носа, избавлялись от хронических недугов в течение сезона. Метод получил название “воротника по Калачеву” и эксплуатировался долгое время. Так началось массовое лечение детей.

Для детского грязелечения характерна пропаганда борьбы с некоторыми хроническими заболеваниями уха, горла и носа, но никогда не говорится о состоянии сердечно-сосудистой системы детей в последующие годы их жизни. Все это - за пределами исследований детских врачей, практиковавших на грязях.

Столь подробно на истории грязелечения в Крыму мы остановились по той причине, что это - наиболее ранний и, скорее, самый характерный вид массового туризма в регионе. На примере грязелечения наиболее очевидна механика генерирования мифов об определенном регионе и его уникальных ресурсах, на которых, собственно, и держится массовый туризм. В разное время может доминировать тот или иной миф, но они всегда имеются. Проходит время, и недавний образ кажется наивным и смешным; он сменяется иным стандартом рекреации. Стоит еще подождать, и появится очередная новинка - история давняя и не вполне оригинальная…

Идея целебности крымского климата активно развивается с начала ХХ века. Это был самый дешевый и доступный вид лечения в Российской империи и затем в СССР: достаточно просто дышать воздухом Крыма - Крым целебен сам по себе. Казалось бы, декларацию легко проверить: проводя всю жизнь в Крыму, местное население должно ставить рекорды по продолжительности жизни и прекрасному состоянию здоровья, но ведь ничего подобного нет! Однако развитие массового туризма всегда базируется на мифологии, которая категорически не допускает проверки мифов.

Имена врачей, которые развивали идеи целебности крымского климата как такового, становились весьма популярными и сохранились в истории. Принято считать, что первое научное обоснование лечебных факторов Крыма было сделано известным русским врачом С.П. Боткиным (1832 - 1889). С.П. Боткин, известный медик и общественный деятель, был активным пропагандистом целебности Крыма, за что высоко оценивался и императорской семьей, и широкой демократической общественностью.

Первый визит С.П. Боткина в Крым состоялся в 1855 году во время Крымской войны. Вчерашний студент, он добровольно вступил в отряд врачей, сформированный Н.И. Пироговым, и проходил практику в военных госпиталях и тифозных бараках Симферополя и Бахчисарая.

Оригинальный вклад этого человека в профилактическое лечение во многом сводится к той простой идее, что лучше отдыхать в здоровых и приятных условиях, чем работать в тяжелых и вредных для здоровья... Вероятно, это было очевидно и до врача Боткина. Но “идея” обещала работать на освоение нового региона, и подобные “открытия” становятся стимулом для массовых туристических поездок в определенный район.

Наиболее активным пропагандистом климатолечения в Крыму был врач В.Н. Дмитриев. Он являлся основателем ялтинского горного клуба и лечил “крымским климатом и подъемами” (имеются в виду подъемы в горы). По мнению врача Дмитриева, “лечение подъемами” при болезнях сердца и легких было исключительно полезным, поэтому все его пациенты совершали пешие походы в горы.

Реализуя свои идеи, врач В.Н. Дмитриев с коллегами создал в 1901 - 1902 годах первую тропу для прогулок, которая получила название Боткинской. Позднее было создано еще несколько троп, названных Штангеевской, Солнечной и др. Это было реальным вкладом в развитие рекреации на Южном берегу Крыма.

Климатолечение было поставлено на научную основу еще до 1917 года. Первый научный институт был создан в 1914 году. Сейчас это Крымский НИИ физических методов лечения и медицинской климатологии им. И.М. Сеченова. Институт является старейшим в СНГ научным учреждением курортологического профиля. Основное направление деятельности института - разработка немедикаментозных методов реабилитации больных, страдающих бронхо-легочными, сердечно-сосудистыми, нейрососудистыми заболеваниями.

Институт расположен в прибрежной парковой зоне Ялты и имеет собственную клиническую базу на 30 мест. В ее составе 3 пульмонологических, в том числе и детское, неврологическое и нейросоматическое отделения. Больные проживают в 2-местных палатах со всеми удобствами.

В институте работают 8 докторов и 30 кандидатов наук, которые, кроме исследований в указанных выше направлениях, изучают климатические лечебные факторы Крыма и их действие на организм больных людей.

В конце XIX века в западной и российской СКС появился спортивный (как он первоначально назывался, горный) туризм. Он зарождается в двух СКС примерно одновременно. Основные вехи развития спортивного (горного) туризма в России таковы:

Крым стал одним из пионеров Российской империи в развитии спортивного туризма. Первая такая организация появилась здесь в 1890 году. Это был Крымский горный клуб, который, объединившись с Кавказским, стал называться Крымско-Кавказским горным клубом с центром в Одессе и филиалами в Ялте, Севастополе, Екатеринославе, Гаграх, Баку, Феодосии и других городах России. При клубе было создано и экскурсионное бюро.

Крымский горный клуб был организацией не для простых людей: отбор осуществлялся посредством внесения членских взносов. В социальном отношении клуб ориентировался на интеллигенцию.

Крымский горный клуб - образец по постановке работы. В Российской империи делались только первые шаги в развитии спортивного туризма, который носил в Крыму элитарный характер, но был крайне важен для создания образа уникального места, где умеренная спортивная деятельность в высшей степени благотворна для здоровья. Важный фактор развития спортивного туризма в Крыму - легкая доступность его природных экскурсионных объектов.

Самым активным являлось Ялтинское отделение клуба, насчитывавшее более 100 членов, среди которых было немало видных людей того времени. Председателем правления Ялтинского отделения Крымского горного клуба стал уже известный нам врач В.Н. Дмитриев. Он сам организовывал туристические походы, отчеты о которых регулярно печатались в “Записках Крымского горного клуба”.

Важно, что Крымский горный клуб не был формальной организацией - он брал на себя и функции контрольно-спасательной службы. В частности, в зимнее время походы в Крымские горы можно было официально совершать только с разрешения правления клуба.

В 1893 году на нижнем плато Чатырдага между пещерами Холодная и Тысячеголовая на средства клуба был построен первый туристический приют в Крымских горах - каменная хижина с очагом, в которой могло разместиться на ночлег 10 человек. С мая по октябрь при приюте жил сторож. В сервис входила продажа свечей для посещения пещер и еда. Члены Крымского горного клуба, которые исправно платили свои взносы, пользовались услугами приюта бесплатно; с остальных взыскивали 20 копеек за ночевку. За посещение пещеры нужно было платить 10 копеек; осмотр ледяного колодца, оборудованного лестницей, обходился в 30 копеек.

По вполне понятным причинам наибольшей популярностью у публики пользовались экскурсии на экипажах. Начинали с телег, затем арендовали “линейки” на резиновом и железном ходу. В 1914 году для посещения пещер было организовано 430 экскурсий на экипажах.

Динамика показателей активности клуба такова: в 1897 году проведено 276 экскурсий, в которых приняло участие около 3 тысяч человек; в 1902 году количество экскурсантов возросло до 8 тысяч; в 1914 году число экскурсий превысило 700, а экскурсантов - 15 тысяч.

Насколько можно судить по отчетам клуба, к 1916 году был подготовлен 21 маршрут по Южному берегу Крыма от мыса Айя до Алушты. Маршруты достигали даже Карадага и Бахчисарая. Каждый маршрут имел свою маркировку и печатное обоснование в виде описания. Экскурсионный сезон начинался в марте и длился до октября.

Члены Крымского горного клуба занимались и охраной лесов. За курение в лесу и несанкционированную раскладку костров нарушителей препровождали в ближайший полицейский участок для выяснения личности и привлечения к ответственности.

Развитие спортивного туризма не ограничивалось только Крымским горным клубом. Прологом к его созданию послужили экскурсии в горы, которые систематически стали проводиться со второй половины 1870-х годов. В этом отношении большую активность проявил геолог профессор И.А. Головкинский. В основном, экскурсии в горы предназначались для студентов Новороссийского университета.

С 1880-х годов становятся нормой экскурсии, совершаемыми мужскими гимназиями. В 1886 и 1888-89 годах симферопольская мужская гимназия систематически организовывала экскурсии в различные горные районы Крыма. Походы были многодневными; о них печатались весьма пространные отчеты, которые сохранились в библиотеках Симферополя до сих пор. В некоторых случаях эти отчеты являлись первыми публикациями с описанием различных районов Крыма.

Врач В.Н. Дмитриев задолго до создания Крымского горного клуба организовал “Кружок любителей природы, горного спорта в Крымских горах”. Кружок объединял местную интеллигенцию, а также вел работу с приезжающими из России интеллигентами, которые жаждали своими глазами увидеть все необычные и уникальные места Крыма.

В 1910 году в Симферополе создается Крымское общество естествоиспытателей и любителей природы. В его функции входило и проведение различного рода экскурсий, в основном, по горному Крыму. Этим обществом в свое время издано несколько путеводителей по Крыму.

В Российской империи спортивный туризм делал только первые шаги, но они были исключительно важны для последующего превращения его в массовое рекреационное занятие. В советское время спортивный туризм возрождается в Крыму сразу после освобождения полуострова от войск Врангеля и постепенно становится действительно массовым направлением рекреации в регионе.

Важная особенность организации баз спортивного туризма в Крыму всегда была связана с их небольшими накладными расходами. На них предусматривался только самый примитивный сервис. Турбазы представляли собой легкие строения (на первых порах это были просто-напросто палатки полувоенного образца, которые обычно используются в летних лагерях, затем они были заменены деревянными домиками), с одним-двумя каменными зданиями. Такого рода организация представляется в высшей степени разумной, поскольку учитывает ряд факторов:

В современном виде использование доставшейся в наследство от СССР туристической инфраструктуры в высшей степени сложно. Стоимость путевки становится непомерно высокой, хотя при этом сложно добиться гарантированного сервиса. Для возрождения туризма во многих районах Крыма нужно делать гигантские инвестиции и иметь очень продуманную систему обоснования. Самое же главное в том, что эта работа не имеет смысла: искомый уровень социо-культурного освоения полуострова достигнут, а как туристический регион Крым вряд ли может конкурировать с другими мировыми центрами спортивного туризма.

В рамках Российской империи это направление практически отсутствовало: систематические морские купания не были целью поездок на Черное море и в Крым. Как авангардистское занятие появляется лишь в конце XIX века. Пионерный уровень освоенности территории Крыма, социальные и экономические особенности Российской империи категорически не способствовали развитию массового приморского летнего отдыха.

В СССР приморский летний туризм получил гигантское развитие и по количеству участников стал основным направлением рекреационной деятельности. Согласно официальным данным, давал до 8 миллионов туристов в год (не считая организованных рекреантов). Правда, есть основания считать эти данные сильно завышенными.

Особой разновидностью массового приморского отдыха стал детский отдых. Для его поддержания в Крыму создана уникальная сеть пионерских лагерей (более 180), громадное большинство которых - летние. Это стимулировало ротацию детей из разных районов СССР через Крым.

Несмотря на стратегический характер данного вида туризма в освоении Крыма, для его организации в советский период делалось ничтожно мало. Размещение громадного большинства приезжих имело место в частном секторе - по высоким ценам и при низком уровне сервиса. Характерно крайнее пренебрежение и всем остальным. Все это можно объяснить только чрезвычайной кратковременностью данного вида массовой рекреации в освоении Крыма.

В рамках СНГ этот вид массового отдыха в Крыму столкнулся с наиболее серьезными проблемами. Изменился стандарт годовой рекреации, и летний приморский отдых перестал быть безусловным доминантом. В регионе возникли проблемы геополитического и экономического характера: Крым стал труднодоступным и опасным местом. Опасения регионального конфликта - реальность массового сознания в восприятии Крыма. Детский отдых в летних лагерях стремительно деградирует как направление. На выживание в новых условиях имеют шансы не более 10 лагерей.

Согласно официальным данным, во второй половине 1990-х в Крым приезжает до 2 миллионов неорганизованных рекреантов в год. Есть основания считать официальные данные завышенными: реальные показатели должны быть намного ниже. Для восстановления прежних чисел прибытия рекреантов нужны гигантские - и продуманные - инвестиции, ориентированные на 20 – 25 лет вперед.

В Российской империи это направление массового туризма было практически не развито. Постоянное русское население Крыма только формировалось; тюркское население Крыма имело большое количество родственников в Османской империи, но туристические контакты между ними отсутствовали - имела место только эмиграция тюркского населения из Крыма.

В СНГ может стать важным, если не основным видом массовой рекреации в Крыму, не связанной с организованным отдыхом. В целом, он утрачивает жесткую привязанность к летнему отдыху и морским купаниям. Выполняет важную социо-культурную функцию - поддержание связей Крыма как русского анклава с остальными территориями СНГ и, прежде всего, с Российской Федерацией. Наиболее показательным центром такого отдыха становится Севастополь - российский военно-морской анклав, существенно изолированный даже от остальной территории Крыма.

В заключение рассмотрения истории туризма в российской СКС отметим основные выводы.

Интенсивное развитие рекреационной специализации в Крыму не сделало этот район процветающим в экономическом отношении, но помогло в освоении полуострова как русского анклава и формировании устойчивой связи Крыма с Российской Федерацией, независимо от его текущей политической подчиненности.

Происшедшие перемены нужно принимать как данность. Они не являются предметом для обсуждения или моральной оценки. Для теоретиков они должны стать темой размышлений, для практиков в области туристического бизнеса - основой всей деятельности. Успешный туристический маркетинг возможен только при условии строгого учета объективных тенденций развития туризма. Любые противоречия с реальностью гарантируют коммерческий провал. Массовый туризм в СНГ имеет колоссальные перспективы. Он будет приносить надежную прибыль, но только в случае следования туристической компании объективным тенденциям. Понимание же этих тенденций немыслимо без изучения исторического аспекта процессов формирования и развития массового туризма.